Путь памяти

Томские писатели о войне

Эта книга — скромный вклад томских писателей к 70-летию Победы нашего народа в Великой Отечественной войне. Это наше поздравление томичам, ветеранам и труженикам тыла с праздником.

Мы благодарим председателя Совета ветеранов Томской области Николая Васильевича Кобелева за помощь в издании книги.

Путь памяти. Томские писатели о Великой Отечественной войне (2015).pdf

photo

Некоторые произведения из книги:

Парад победителей (Сергей Заплавный)

Течёт по Томску тихий перезвон.
Седы, но всё ещё молодцеваты,
Под гул шагов, под алый плеск знамён
Несут фронтовики свои награды.
И этот гул, и перезвон наград –
Как к музыке торжественной вступленье.

Нестройно, но равняясь к ряду ряд,
Идёт за поколеньем поколенье.
Здесь деды и отцы, и сыновья,
Творцы незабываемой Победы
Шагают, память о былом храня,
Единством вдохновляющим согреты.

А май ликует, радует, бодрит,
Теплом и солнцем души наполняя.
И песня над колонною летит,
Заветная, святая, фронтовая.

Они идут сквозь Время...
Боже мой,
Как высоки их головы седые!
Пока они в строю, пока живые,
Победа остаётся молодой.

Давид Лившиц

Ты принесла букет лесных гвоздик,
и я, разлукой близкою волнуем,
к твоим губам в последний раз приник
порывистым, горячим поцелуем.

Ты подняла печальные глаза,
отпрянула и что‑то прошептала.
Мой друг!
Пройдёт военная гроза,
и мы всё повторим сначала.

Я поцелуй последний сберегу,
громя врага с утроенной отвагой.
Я отомщу заклятому врагу
за то, что взгляд твой затуманен влагой,

за ранние морщинки матерей,
за слёзы, что расплылись на конверте,
за злые вести у дверей,
раскрытых холоду и смерти.

За всё с врагами рассчитаюсь я
в строю бойцов, которым страх неведом.
Прощай ...
Прощай, любимая моя,
и верь: с победой я приеду.

Фронтовая ночь (Руфь Тамарина)

На чёрном небе — ни одной звезды.
Глухи раскаты тяжких дальнобоек,
и скакуном, не знающим узды,
весенний ветер бьётся, беспокоен...

На всех дорогах среди чёрной зги
грузовиков коротконосых стаи
торопятся туда, где, далеки,
разрывы красных молний вырастают.

Уставши от бессонниц, шофера,
чадя нещадно крепким самосадом,
берут атакой каждый буерак
и матерятся изредка с досады.

Так по ночам живёт и дышит фронт:
мотор рокочет в побледневшем небе,
рокочет где‑то на земле мотор,
в хлебопекарне пахнет свежим хлебом...

А в час рассвета, дымчатый, сырой,
звезда ракеты сумрак разрывает —
в задуманный командованьем срок
идут в атаку на переднем крае.

Деревянный ковшик (Михаил Карбышев)

Всё ковыляет деда Вася
Уж сорок с лихом — скок‑ковыль!
Одна, увечная, в запасе
Нога гребёт пятою пыль.

Два костыля под мышки вделал,
Да по овражку — на пруды,
Да поскользнулся.
— В душу‑у! В деда‑а!
Да раз — туды!
Да два — сюды!..

Такие старый вышил коймы,
Так расцветил родную речь!
И дал по Гитлеру обойму,
И по рейхстагу — всю картечь.
А солнце светит!

Дед (Геннадий Скарлыгин)

Сказали — без вести пропал.
Но я не верю, сводки стёрты.
Ко мне приходит Петрован,
Мой дед, в линялой гимнастёрке.

Садится с краю на кровать,
Высокий и сорокалетний.
«Устал я, паря, воевать.
Верни меня, внучок, в деревню.

Ты дай мне в руки мой топор,
Ведь я был плотником от бога.
Да и в деревне до сих пор
Моя нужна людям подмога.